Мелия посмотрела на барда, но ничего не сказала.
— Это темная история, Фолкен, — вступил в разговор Бельтан. — Мне жаль, Грейс, что ты потеряла родителей. Я знаю, что это такое. Но все это не объясняет появления Грейс в мире Тревиса.
— Это я так сделала, — сказала Мелия.
Тревис раскрыл рот от удивления.
— Ты хочешь сказать, что можешь переправлять людей через миры?
Мелия неторопливо разгладила складки своей одежды.
— Не совсем. Мне помогли.
Фолкен скрестил руки и поднял бровь.
— Ну хорошо, мне очень хорошо помогли. Но новые боги были обязаны мне — ведь я часто делала им разного рода одолжения за многие тысячи лет.
— Итак, ты и несколько других новых богов отправили Грейс на Землю, — подытожил Тревис.
Теперь пришла очередь Грейс удивиться:
— Зачем?
— Чтобы защитить тебя, дорогая. Откуда бы они ни появились, эти черные рыцари, у них была единственная цель — убить наследников Малакора. Ты была единственной наследницей, и мы понимали, что рано или поздно рыцари узнают, что ты осталась в живых. Тогда мы предприняли самые отчаянные меры.
Вани подошла поближе, ее кожаная одежда негромко поскрипывала.
— Так значит, ты знала об этом другом мире, о Земле, так же как об этом знают морниши. Я считала, что только маги Моринду знали о месте, куда можно попасть, пройдя через пустоту, — морндари давно рассказали им, и поэтому маги изготовили эти самые артефакты.
Мелия потрепала Вани по щеке — неожиданный для обеих жест.
— Не надо недооценивать нас, дорогая. Мы можем быть глупы и жалки, но бессмертные все-таки кое-что знают. Мы первыми открыли другой мир тысячу лет назад, потом помогали старым богам удерживать Мога за пределами Зеи. Мы видели, пусть всего несколько мгновений, мир за пределами того, который мы знали ранее.
Тревис задумчиво смотрел на Мелию.
— Значит, новые боги могут открыть Врата на Землю.
— Все не так легко, как хотелось бы. Это потребует от нас грандиозных совместных усилий, создания союза, который, я боюсь, невозможен снова. Но при всех наших усилиях, я думаю, у нас ничего не вышло бы, если бы нечто не помогало процессу с другой стороны.
Ее слова окончательно смутили Грейс.
— Что ты имеешь в виду? Что могло помогать вам с другой стороны?
Однако, прежде чем бард или богиня ответили, их опередил Тревис:
— Вот это, не так ли?
Он торопливо вынул из кармана камень серо-зеленого цвета. Синфатизар.
Фолкен кивнул:
— Мы полагаем, что он. По крайней мере так теперь думаем. Тогда мы не знали, что Сумеречный Камень на Земле. Но его волшебство было сродни маяку для мощи новых богов, притягивая ее к Земле и открывая Врата.
— Поэтому ты пришла в Касл-Сити, Грейс, — сказал Тревис. — И поэтому люди из приюта нашли тебя именно там. Так получилось потому, что у Джека Грейстоуна был Синфатизар. И я полагаю, что именно это привело Железные сердца в Касл-Сити прошлой осенью. Они пришли туда именно за ним, — добавил Тревис и сжал камень в руке.
— Мы не можем быть уверены, — сказал Фолкен, — хотя, возможно, все так и есть. Мы знаем, что Бледный Король обладал великим камнем по имени Гелтизар. Должно быть, могущества камня хватило для того, чтобы он смог послать своих слуг в твой мир. Заметьте, так же как и Грейс, они оказались в том самом месте, где хранился Синфатизар.
Глаза Грейс как будто погасли, ей казалось, что она вот-вот заплачет. Наконец она узнала, что в детстве эти люди ее не бросили. Что они любили ее, пытались защитить. Тогда отчего же она всегда чувствовала себя такой одинокой, что с трудом могла терпеть эту боль?
— Почему, — прошептала она, — почему вы позволили мне идти одной? Зачем вы послали меня?..
…туда, в приют, в тень? — хотела спросить она, но слова застряли у нее в горле.
Мелия молчала секунду, но потом взяла руки Грейс в свои:
— Мы не посылали тебя одну, Грейс. По крайней мере мы этого не хотели. Меррик Варден держал тебя на руках, когда мы открыли Врата. Он должен был пойти с тобой, присматривать за тобой. Но… что-то пошло не так.
Грейс тряхнула головой, у нее не было слов. Мелия крепче сжала ее руки.
— Ты была такой маленькой, такой хорошенькой. На тебе было платьице, сшитое матерью, а Фолкен надел на тебя ожерелье, которое нашел на шее Анилены. Когда Меррик вступил в переход, мы все почувствовали чье-то присутствие. Что это было или кто, мы до сих пор не знаем. Но оно было велико и могущественно. Это было зло. Я видела, как Меррик закричал от боли. Уже была видна другая сторона Врат — гора, где они, должно быть, нашли тебя. Последним усилием Меррик перекинул твое маленькое тельце вперед. Я видела, как ты упала, покатилась по траве, заплакала. Потом Меррик вскрикнул, его буквально на части разорвало что-то, чего никто из нас не мог видеть. Потом Врата закрылись, и мы не смогли снова открыть их.
Мелия разжала руки.
— Мне так жаль, Ралена. Прости, что оставили тебя одну. Мы хотели защитить тебя, а получилось наоборот. Пожалуйста… Сможешь ли ты когда-нибудь, простить нас?
Грейс хотела что-то ответить, но вместо этого застонала и покачала головой. Боль затуманила лицо Мелии, и она отступила. Нет, Мелия не так поняла ее. Грейс по-прежнему отчаянно пыталась найти подходящие слова.
— Мне нечего прощать. Вы сделали все, что могли. Я жива!
И убита.
Но она не произнесла этого вслух. В этом не было вины Мелии или Фолкена. Они посвятили свои жизни защите ее семьи. Если бы не они, Грейс никогда не появилась бы на свет.
Фолкен ласково улыбнулся:
— Не важно, что произошло, Грейс. Ты жива и ты здесь, с нами. Это главное. В один прекрасный день Малакор воссияет под твоей властью.
Эти слова были как неожиданный хлопок в ладоши. Мелия засмеялась и действительно захлопала в ладоши.
— О Ралена! Я думала, что больше никогда не увижу тебя. В тот день, когда мы пришли в Кейлавер прошлой зимой и увидели тебя, я подумала, что у меня сердце разорвется от радости.
Глаза Фолкена чуть не выскочили из орбит:.
— Что?! Ты хочешь сказать, что все это время ты знала, что Грейс это Ралена?
Богиня мило улыбнулась ему в ответ:
— Конечно, дорогой.
Лицо барда приобрело совершенно неестественный пурпурный оттенок.
— И ты не считала необходимым поделиться этим пустячком со мной?
Мелия кокетливо закатила глаза:
— Ну, я не думала, что тебе понадобится так много времени, чтобы вычислить это самому. Я сразу ее узнала — только такой очаровательный ребенок, как Ралена, мог вырасти в такую красивую женщину, как Грейс. Кроме того, я полагаю, что ни у кого ни в каком мире нет таких чудесных глаз, как у нее. Они ничуть не изменились, дорогая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
